статус беженца
|
Зарегистрируйтесь и вы сможете задавать вопросы, учавствовать в форуме, узнавать мнение клиентов.

статус беженца
статус беженца
rus | eng
свяжитесь с нами по вопросу статуса беженца Карта сайта
Офис в Лондоне: +44.20.8144.9997
Офис в Торонто: +1.647.558.7520
paterton.ca  paterton@outlook.com
 

Откуда у русских понтийская грусть

Откуда у русских понтийская грусть

Съездить в Грецию и вернуться без шубы - совершеннейшее высокомерие, пренебрежение традицией, попрание устоев, отклонение от нормы. Кажется, что вся Греция, все эти Халкидики-Салоники-Каликратия и далее по карте, прочерченной «шубной индустрией», все ее несметные фабрики и торговые точки только тем и озабочены, как бы напялить на замерзающих иностранцев теплое и элегантное шматье. Мало кому удается откосить, отлынить. Моргнуть не успеешь - как затянет, закружит этот потребительский карнавал. Мы с мужем долго и стойко держались - ведь в кои-то веки на отдых выбрались. И уходили от соблазна чистенькими, непорочно-неотоваренными. Да если и заглядывали в магазинчики, то лишь из журналистского любопытства, потрепаться, порасспросить русских продавцов, поглядеть, как они стараются, как любезничают, чтобы втюхать меховые изделия оптом и в розницу своим шуболюбивым бывшим соотечественникам. Получалось у них ловко. Ты и в мыслях не имеешь что-то покупать, но незаметно для себя оказываешься в лавке, через миг обнаруживаешь себя примеряющим шубейку, а еще через миг - выторговывающим несколько десятков долларов. Следующий кадр: усталый, но счастливый, ты уже волочишь фирменный пакет в гостиничный номер...

17.02.2015

Съездить в Грецию и вернуться без шубы - совершеннейшее высокомерие, пренебрежение традицией, попрание устоев, отклонение от нормы. Кажется, что вся Греция, все эти Халкидики-Салоники-Каликратия и далее по карте, прочерченной «шубной индустрией», все ее несметные фабрики и торговые точки только тем и озабочены, как бы напялить на замерзающих иностранцев теплое и элегантное шматье. Мало кому удается откосить, отлынить. Моргнуть не успеешь - как затянет, закружит этот потребительский карнавал. Мы с мужем долго и стойко держались - ведь в кои-то веки на отдых выбрались. И уходили от соблазна чистенькими, непорочно-неотоваренными. Да если и заглядывали в магазинчики, то лишь из журналистского любопытства, потрепаться, порасспросить русских продавцов, поглядеть, как они стараются, как любезничают, чтобы втюхать меховые изделия оптом и в розницу своим шуболюбивым бывшим соотечественникам. Получалось у них ловко. Ты и в мыслях не имеешь что-то покупать, но незаметно для себя оказываешься в лавке, через миг обнаруживаешь себя примеряющим шубейку, а еще через миг - выторговывающим несколько десятков долларов. Следующий кадр: усталый, но счастливый, ты уже волочишь фирменный пакет в гостиничный номер...

Вы будете смеяться, но от Иры и Жоры мы таки ушли с покупкой - недорогой, но очень симпатичной шубкой. И не потому, что нас уболтали, а - понравилась. А потом мы захаживали в их магазинчик просто так, без дела. Разговоры разговаривали.

Они приехали из Владикавказа. Ира училась на фармацевта, работала в аптеке, заочно окончила Северокавказский университет, год поработала химиком. Жора - инженер-механик, окончил сельхозинститут, тоже успел поработать - на заводах, в КБ и мог с закрытыми глазами объяснить, чем отличается задвижка 30ч6бр от другой трубопроводной арматуры. В 28 лет решил изменить все в корне - и научился ювелирному делу. Они поженились, родили детей и в 1990-м уехали. В Грецию.

Ж.: - Ничего особенного от эмиграции мы не ждали. Наша семья прекрасно жила во Владикавказе. Не страдали, не мучились, работали, учились...

Ж.: - Ничего особенного от эмиграции мы не ждали. Наша семья прекрасно жила во Владикавказе. Не страдали, не мучились, работали, учились...

И.: - Я тут принимала участие в выборах - выдвигала свою кандидатуру в местную власть. Но партия наша - неодемократов - проиграла.

Один наш хороший знакомый решил попробовать сменить нынешнего мэра района, который в своем кресле просидел бессменно много лет. Начали собирать команду. Я должна была собрать вокруг себя русскоязычных. За меня проголосовало немного людей, но как раз русскоязычных среди них-то и не было. Почему? Перекупили в самый последний момент. Не знаю, сколько евро получил каждый - 200, 300...

А еще - зависть. Многие из тех, кто прежде меня не знал, проголосовали за меня. А вот знакомые, приятели, с которыми мы не раз за столом сидели, переметнулись на другую сторону. Они спрашивали: тебе-то это зачем - ты же хорошо устроена?

В нашем двадцатитысячном городке Терми живет 200 русскоязычных, и я была единственным их кандидатом. Я их всех разыскала по телефонным справочникам, всех обзвонила, со всеми встретилась. Две недели мы с мужем бегали, как сумасшедшие.

Мне вся эта беготня очень понравилась. И очень много открыла. В конце концов, и враги начинают уважать, если ты чего-то стоишь.

Жаль, что мы проиграли. Хотелось бы получить надежную государственную работу. И идеи были. Ведь наши понтийцы мало что знают о льготах, на которые имеют право, никто не представляет их в правительстве, их на каждом шагу надувают. Я говорила им: давайте объединимся - тогда нас будет видно и слышно. Есть программы, о которых мы ничего не знаем. Нужен человек, который бы всем этим занимался. Взять хотя бы наш маленький городок. Когда мои старшие дети были маленькими, я старалась их максимально загрузить - спорт, танцы, английский, то се. За все эти кружки приходилось много платить. А вот мой младший ходит в те же кружки в специальном центре для новых иммигрантов, но уже бесплатно. Таких программ можно было бы создать немало. Если этим заниматься и не разворовывать деньги.

Наблюдается деградация понтийцев. Приезжают образованные люди, не могут найти работу, не хватает средств на учебу детей - нечем платить за кружки, за дополнительные занятия в частных школах. Дети остаются без аттестатов зрелости, о высшем образовании и думать не смеют и, естественно, выпадают из среды своих сверстников, точнее - не могут в нее войти, интегрироваться, образуют свои кланы, которые не смешиваются с греками и испытывают к ним и с их стороны враждебность. Особенно это касается детей, которых привезли в Грецию уже в 12-15 лет. Пока они выучат греческий, не имея поддержки родителей, которые бьются за крышу над головой, за то, чтобы дети не были голодными, - на образование и адаптацию ни сил, ни времени не остается.

В Греции сильная безработица. По специальности устроиться трудно и коренным жителям, не то что иммигрантам. Во-первых, надо подтвердить диплом. Я это сделала довольно быстро, но работы все равно не нашла. Большинство начинают с уборок. То есть стартуют с нулевого положения в обществе. И в тебе закипает злость. Твоя хозяйка-работодательница может быть совершенно безграмотной, но она тебе платит зарплату. За это ты ее ненавидишь. Она может быть с тобой вежливой, предлагать кофе или даже накормить обедом - но все это тебя унижает.

Кто-то устраивается на завод, в пошивочные мастерские. И там тебя окружают и тобой руководят люди с более низким уровнем. Немедленный диагноз: все они дебилы. Но они совсем даже не дебилы, просто в Союзе педагоги и инженеры вращались совершенно в другой среде. Если ты в России оставишь работу химика и пойдешь в цех по пошивке нижнего белья, ты там встретишь много хороших людей, хотя и без химического образования, и они все покажутся тебе дебилами.

Здесь мужчины начинают со стройки. Тебе, врачу, твои коллеги по строительной бригаде кажутся неполноценными. Они действительно не врачи. Но они грамотные и опытные в своем строительном деле люди, прекрасно умеющие класть кирпич.

Кстати, о врачах. Они оказались в лучшем положении, чем другие специалисты. Для них были организованы специальные курсы по изучению языка и подготовке к профессиональному экзамену, предложено пройти практику в местных клиниках. Врачи здесь хорошо зарабатывают, и на наших медиков есть спрос.

К сожалению, ничего подобного не предлагается, скажем, школьным учителям, и практически всем им пришлось расстаться с профессией...

Мы с мужем в этом магазине получаем по 600 евро. Что-то еще имеем с продаж. Это не много и не мало - наверное, такова средняя зарплата в стране. У врача государственной больницы - минимум тысяча плюс страховка плюс отчисления в пенсионный фонд. Хорошо и надежно. Аренда квартиры очень дорогая: в Салониках - не меньше 300 евро.

Мы купили себе квартиру в роскошном месте, в 10-ти км от Салоников. Квартира в три этажа. Первый - вспомогательный, на втором - салон и кухня, а на третьем - три спальни и ванная комната. Внизу, на 66-ти кв. м, с отдельным входом, живут родители Жорика, они приехали из России всего три года назад. К приезду дедушки с бабушкой мы и приобрели эти хоромы.

Мой муж - грек. Мы приехали сюда, чтобы вырастить своих детей греками, укорениться в этой стране. Если ты приехал жить навсегда, утвердился в репутации порядочного человека, делаешь все, чтобы не запятнать свое имя, ты обязан понять людей, которые тебя приняли, помогали средствами и готовы помогать в дальнейшем.

Греки не ожидали, что приедет так много и таких разных людей. Обрушившийся поток народа, не знающего языка, здешней культуры, оказался для них полной - и не слишком приятной - неожиданностью.

У меня лично нет никаких претензий к этому народу. Может быть, поэтому мне здесь хорошо. И не так уж важно, какими путями приехали люди - купил ли человек греческие документы, женился или вышел замуж за грека. Важны его намерения. Если приехал варягом, чтобы по-быстрому заработать и назад, местное общество это сразу чувствует и относится соответственно.

Мы познакомились с армянской супружеской парой. Она - фармацевт, он - ювелир. У них нет гражданства, живут здесь по «зеленой карте». Они не пытаются выдавать себя за греков, но стараются вжиться в общество, и у них получается.

У понтийцев здесь нет такой славы воров и разбойников, как у албанцев. Но они и между собой не ладят, пытаются в чужом монастыре насадить законы, по которым жили на Кавказе или в Москве. Поэтому местные греки в массе своей не рады наплыву иммигрантов. И по внешнему виду отличить приехавшего грека от грузина они не могут.

Когда мы уезжали, нашей дочери Элеоноре было восемь лет, Григорису - пять. Естественно, дома мы говорили только по-русски. Приехав, стали искать жилье подальше от мест, густо населенных выходцами из России. Мы хотели, чтобы дети росли в чисто греческой среде, чтобы у них не было комплексов и проблем.

Сначала было трудно - и нам, и детям. Мы вместе, обложившись словарями, пытались делать уроки. Они ходили на дополнительные занятия в школе. И, конечно, в языке нас быстро обогнали. На полную адаптацию у них ушел год. В 90-м здесь еще было очень мало наших... Все, кто встречался на моем пути, абсолютно все были готовы помочь мне и моим детям. Помогали соседи. В школе была чудесная учительница. Она моей дочке каждый день составляла индивидуальный словарик из 10-ти слов: картинка и греческое обозначение. Поскольку дочка стеснялась отвечать в классе, мы с ней на переменах показывали учительнице все, что выучили накануне. Я занималась с детьми математикой, физикой, химией. У меня был принцип: дети должны развиваться, не важно, на каком языке, - потом разберемся.

Справились. Дочь уже на третьем курсе института, сын - окончил школу.

Поступить в институт здесь трудно. Система очень сложная. Когда поступала дочь, надо было сдавать четыре экзамена. Не в какой-то конкретный вуз, но по избранному профилю. Результаты всех абитуриентов обрабатывались централизованно, и определялся проходной балл для каждого факультета каждого вуза. Только после подсчета абитуриент мог оценить, куда его возьмут. Дочка по своим баллам осталась в Салониках, учится в Кастории, в Институте международной торговли.

Сейчас эта система меняется. Школьное образование складывается из шести лет начальной школы, трех лет гимназии и еще трех лет лицея. Тот, кто доходит до лицея и успешно его заканчивает, уже становится абитуриентом. Большой отсев происходит после гимназии. Тем, кто не соответствует уровню лицея, предлагается поступать в профессиональные училища - получать специальность. Правда, после училища тоже можно поступать в вуз.

Наш сын уже в третьем классе лицея. Сейчас у него сплошные экзамены. Я сравниваю его учебу в школе с дочкиной - и вижу, насколько все стало сложнее. Раньше всех дотягивали до последнего класса. Теперь даже аттестат зрелости стало очень непросто получить. А в последние три года в лицее, когда ученик уже должен выбрать одно из четырех направлений - гуманитарное, инженерное, точные науки или медицину, - начинается очень интенсивная учеба, и за малейшее отставание отчисляют.

Первое время у меня бывали моменты, когда я готова была идти в уборщицы. Но во мне просыпалась другая я, которая начинала ненавидеть весь мир. Я поняла, что мне этого делать нельзя - сразу становлюсь плохим человеком. Короче, не стала будить в себе зверя. Решила: надо искать квалифицированную работу, а для этого, прежде всего, - выучить язык так, чтобы меня нельзя было отличить от местных. Мне часто делают такой комплимент: вы разговариваете, как гречанка, много лет прожившая за границей. То есть на несколько подпорченном языке.

У меня в дипломе написано: химик-биолог. Как биолога меня в Греции формально признали, как химика - нет. Хотела пойти работать биологом в больничную лабораторию. Мы подошли к зданию этой больницы, там стояла толпа жаждущих - на одну вакансию претендовали сотни, если не тысячи людей, многие прекрасно говорили по-английски, владели еще несколькими иностранными языками, знали компьютер, кто-то закончил аспирантуру, кто-то имеет докторскую степень, публикации и так далее. Я постояла, покрутилась - и даже не стала документы доставать. Повернулась и ушла. На это место может попасть только специалист высокого уровня. Так что и как биолог я здесь не состоялась.

Это мы стараемся внушить и нашим детям. И стараемся поставить их в такие условия, чтобы они учились выживать. Именно выживать. При здешней безработице место достается тому, кто лучше других.

В общем, ни в уборщицы, ни на завод я не пошла. Предпочла сидеть дома и воспитывать детей. У нас ведь уже в Греции третий ребенок родился. Это требовало мужества: мне было 35 - возраст для трудоустройства перспективный. Я помогала Жорику в его ювелирной мастерской, сидела за верстаком, вела бухгалтерию, закупала реактивы, металлы, занималась клиентами. И все годы искала работу. Но когда дети были маленькие, мечтала, чтобы работа была недалеко от дома, с удобным графиком. Я очень хотела найти место биолога, или химика, или фармацевта. Не получилось.

Со службой в армии здесь дело обстоит так. Пока ты учишься - у тебя отсрочка. Но в какой-то момент в армию сходить все же надо. Моих детей это не касается, но иммигранты, приехавшие в Грецию по достижении 12-летнего возраста, служат по облегченной программе - шесть месяцев. Правда, и для коренных греков срок службы сокращается. Призывники этого года служат 12 месяцев. Страна намерена создать профессиональную армию - в 50.000 контрактников, остальные будут проходить общую подготовку.

Но здесь не Чечня и не Афган, здесь нет дедовщины, так что армия нас не пугает. Условия очень мягкие, на последнем этапе службы солдаты часто приходят домой. Такая армия только на пользу.

У нашей понтийской братии не очень хорошая репутация, и дети часто стесняются своего происхождения. Когда мы едем в машине с Григорисом и его другом и при них разговариваем с Жориком между собой по-русски, Григорис страшно злится. Думаю, этот комплекс уйдет, когда он поймет, что такое Россия и что ничего постыдного нет в его происхождении. А совсем даже наоборот. И мы терпеливо ждем, пока он повзрослеет.

У дочки этого не было в такой степени. Единственное, чего она не хотела, - ухажеров-понтийцев. Обычно гречанки их в упор не видят, вот им и остаются свои.

Плохо тем, кто приехал греков жизни учить.

Оба моих старших детей окончили частную школу. Это такая дополнительная школа для подготовки к поступлению в институт. Утром дети ходят в бесплатную государственную, а вечером - в частную.

В Греции довольно странная система, финансово удушающая родителей. Чтобы ребенок успешно завершил школьный курс, он непременно должен ходить и в частную школу на дополнительные занятия по тем предметам, которые предстоит сдавать. Родители и дети как бы снимают с себя ответственность: ребенок считает, что раз он ходит на эти занятия, у него не должно быть проблем, а родители думают: я плачу, значит, моя миссия выполнена. Причем многие ходят на дополнительные занятия по всем предметам, кроме физкультуры и пения. Дети не желают сами садиться и зубрить историю, географию, биологию, литературу - ждут, что за деньги все им будет вложено в голову.

Мы своему сыну согласились оплачивать только физику и математику. Это обойдется нам за год в 1.800 евро. Предлагали еще подучить древнегреческий и взять курс по написанию сочинения, но он отказался. А если брать все предметы, то это удовольствие потянет на 3.000 евро. Государство сейчас активно борется с этой системой и организует дополнительные занятия прямо в школе - бесплатно. Детям даже дают бутерброды.

Эту систему можно сравнить с больничной. Есть государственные клиники и частные. В частной, скажем, у роженицы будет отдельная палата, комфорт. В остальном она государственной больнице уступает: нет того оборудования, нет таких опытных врачей и акушерок. Если у пациентки частной клиники возникает малейшее осложнение, ее немедленно переводят в государственную. Мы это дело изучили тщательнейшим образом, когда решали, где рожать нашего третьего.

Конечно, престижно рожать в частной клинике. Но муж сказал: ничего, полежишь в большой палате, зато под присмотром квалифицированных врачей.

В государственных университетах образование бесплатное. Правда, нет и стипендий. Только самые лучшие студенты получают какие-то нерегулярные вознаграждения. Есть бесплатная студенческая столовая. Во многих университетах есть общежития. Селят в них наименее обеспеченных - исходя из доходов родителей. Элеонора по этому показателю попала бы в общежитие, но у ее института такового нет. Зато ей возмещают часть квартплаты. Снимает она квартирку за 150 евро. И немного подрабатывает - чтоб не обременять нас своими проблемами.

По сравнению с институтами у университетов более высокий статус. После института можно продолжить образование в университете, где проходной балл выше. Эта система потихоньку меняется: уравнивается университетское образование и институтское.

Ребята, не сумевшие поступить учиться в Греции, уезжают за границу. Афинский политехнический входит в пятерку лучших вузов Европы, а университет Салоников - в десятку. Университеты с мировыми именами - Гарвард, Сорбонна, Оксфорд, Стенфорд - не в счет, туда едут действительно способные. Кому не обломилось поступить дома, едут в одну из трехсот английских бизнес-школ, в вузы Восточной Европы - Болгарию, Чехию.

В связи с этим возник даже вопрос о признании дипломов. Ведь теперь, когда Греция стала частью единой Европы, в конкурсах на вакантные должности могут на общих основаниях участвовать выходцы из европейских стран. Немец - в Греции, а грек - в Германии. Но в таком случае дипломы разных стран должны быть признаны эквивалентными. Поэтому меняется система греческого образования. И - отдельно - рассматривается вопрос об эквивалентности дипломов восточноевропейских стран, а конкретно - речь идет о выходцах из стран бывшего СССР. Недоверие еще слишком велико. С парламентской трибуны открыто заявляют, что выходцы из Грузии покупают дипломы университетов.

Вообще же, никто не был готов к такой сумасшедшей волне иммигрантов с востока - ни люди, ни полиция. Нашим, особенно приехавшим из Грузии, показалось, что они попали в абсолютно неконтролируемый мир, они очумели от свободы - делай что хочешь, воруй, убивай, грабь, торгуй дурью. Греки в посольстве тоже быстро сориентировались, поняли, на чем можно деньги делать - и пошли подложные документы. Сейчас одумались - но основной-то поток прошел. Вот он-то и оставил негативный осадок, который каждый иммигрант на себе ощущает: ах, так ты из советских, значит, такой же вороватый и нечестный... И пройдет много времени, пока общество избавится от предвзятого отношения к иммигрантам. Чтобы поверило: основная масса наших - добросовестные трудяги, с нормальными представлениями о семье, долге перед детьми, честно добывающие свой кусок хлеба.

Американцы говорят: 25% иммигрантов - уголовники, прохиндеи, скользкие типы. Вот остальным 75% и приходится отмываться.

До приезда иммигрантов в Греции было очень спокойно. Если воровали, то по-крупному. Потом - началось. Особенно отличились албанцы. Они пачками нелегально переходили границу и чувствовали себя здесь, как в прериях. Грабили дачи, тащили все. Приграничные села были вынуждены вооружаться - люди боялись выходить на улицу. Организовали специальную приграничную полицию для охраны северных сел.

Потом ввели «зеленые карты». Ты можешь взять на работу иностранца, но должен официально его зарегистрировать. А нелегалов отлавливают и высылают из страны.

И стало спокойно.

В больших городах - свои проблемы. Особенно там, где скопилось много наших. Полицию основательно перетрясли, реформировали - выгнали из теплых контор, разместили в проблемных районах, дали дополнительные полномочия: теперь они имеют право останавливать машины и проверять документы.

Ж.: - Как мы уезжали... Денег на дорогу не было. Тогда меняли на семью - да и то только в Москве - $500. Мы продали дом во Владикавказе, мебель. 50-60 тыс. собрали - на то время большие деньги, но - рубли. Что с ними делать, куда девать? Накупили ковров, чайников, самоваров, топоров - ерунду всякую. А по приезде в Грецию пошли с этим барахлом на базар.

Конечно, я прихватил с собой все свои ювелирные инструменты, даже заказал себе новый рабочий стол. Им я очень гордился. Привез - и чуть со стыда не сгорел: откуда ты это чудо выцарапал? - спрашивали меня обалдевшие здешние столяры.

Первым приехал я с мужем сестры. Чтобы подготовить какую-то почву, снять хотя бы квартиру. А через двадцать дней прибыли Ира и моя сестра с детьми. В пятницу приехали, а во вторник я уже вышел на работу. Прошелся по ювелирным магазинам, мастерским... На одном месте поработал несколько недель, на другом. В подвале сделал браслет с чернью, ходил, показывал.

Один хозяин сказал: это меня не интересует, меня интересуют зодиаки. Дал мне сразу немного денег, посоветовал, кто бы мог мне помочь освоить принятую здесь европейскую технику гравировки. Я знал кубачинскую - восточную. Пришлось менять и орудия труда - учиться работать немецкими штихелями. Мы с хозяином оговорили условия - и в течение 10 лет эти условия соблюдали. Он был нормальным человеком - не пытался усугублять мои иммигрантские трудности и выигрывать на этом какие-то гроши. Он понимал, что хорошим мастером не стоит бросаться. Договорились, что если до мая я выйду на требуемую производительность и качество, он будет платить мне, как местным мастерам. Я работал, и он платил мне приличные деньги.

Теперь я от этого дела отошел. Устал очень. Все эти годы приходилось работать по 12 часов в день. После работы даже сумку поднять не мог. И невыносимое однообразие - от этих зодиаков я думал, что сойду с ума.

Один ставит перед собой цель и прет к ней, не отвлекаясь ни на что, другой пойдет в обход. Я никогда не буду надрываться ради материальной цели. Белая яхта - это стоит упорства. Все остальное - попутное. Строю дом, чтобы не беспокоиться за семью, учу детей, чтобы спокойно отстегнуться от них, когда уйду в плаванье. Моя мечта - поднять парус и уйти в большое плаванье.

И.: - Это не метафора, между прочим: Жорик команду собирает...

Часто русские знаменитости - писатели, артисты, ученые, музыканты - утверждают, будто среди иммигрантов нет счастливых людей, таких, кто в новой стране чувствовал бы душевный комфорт, был бы в ладу с самим собой.

Я не согласна. Мы здесь дома, нам очень даже комфортно, нас окружают милые, приветливые люди. И если мне кто-то предложит вернуться, я сильно обижусь. Что я там буду делать? Это же как небо и земля! Может быть, жителям столиц чего-то не хватает в маленьком городе, в маленькой стране. Но мы-то провинциалы...

Ж.: - У меня одна слабость - моя работа. Как только мне удастся организовать свое дело, которое даст мне тот уровень жизни, на который я претендую, я буду считать себя счастливым человеком. Чтобы я мог покрывать текущие расходы и иметь еще немного сверх того на свои бродяжнические удовольствия. Не на то, чтобы купать женщин в шампанском, но поездить, поглазеть. Я ведь еще не всю Грецию облазил.

Хочу быть немного космополитом, расширить понятие родины, в котором мы все воспитывались. В какой-то момент жизни Афганистан почти стал моей родиной, потом Прибалтика отстегнулась - и перестала быть моей родиной. Если я приеду в Россию, то где-то услышу: что ты у нас делаешь, черномазый, твоя родина не здесь. Во Владикавказ я приезжаю уже немножко чужим. Есть круг одноклассников и однокурсников, их приятно увидеть. Но и здесь уже появилась своя история, люди, с которыми мы живем бок о бок вот уже десять лет. Не шутка.

Мья хара. По-гречески - одна радость.

Есть здесь русские, которых заклинило. Они своих детей учат по-русски, а только потом - по-гречески. Зачем ты сам мучаешься и мучаешь своих детей? Дуй обратно, если там тебе лучше. Так нет, не уезжают: ругают, матерятся, недовольны всем и вся, но - сидят.

И.: - У нас много знакомых, которые не здесь и не там. Посидят, поноют - нет, говорят, дома нам лучше. Едут. А оттуда им кажется, что в Греции лучше. И опять все им не слава Богу. На мой взгляд, это просто разболтанность, мы себе ничего такого не могли позволить: мы-то сюда с двумя детьми приехали - их мотать мы бы не могли.

А семья, о которой я говорю, завела ребенка только год назад. Им уже за сорок. И до прошлого года они беззаботно порхали между Грецией и Россией. Мой сын Гавалиди - грек. И раз уж мы приехали, он должен вырасти греком, получить образование в Греции. А потом пусть сам выбирает, где ему жить.

//


Возврат к списку



Paterton office in Toronto, Canada 11.02.2015| Paterton office in Toronto, Canada
Paterton Office in Toronto, Ontario, Canada

Клиент из Киева иммигрировавший в Германию 03.07.2014| Клиент из Киева иммигрировавший в Германию
Client from Kiev whom we helped with his immigration to Germany.

Блоги, отзывы, вопросы от клиентов

Все блоги
Xai pipl
Читать подробнее
ываывавыа
Читать подробнее
Здравствуйте. Нужна срочная консультация по бешенства в Канаде. Тел 787-308-0870. Отец с дочкой находимся в Пуэрто Рико. Пришли на яхте из ЮАР, русские, шли в Канаду сломались. Уже 5 месяцев стоим, визысканность США нет есть разрешение на стоянку parol. Была передачу по Wada 4 местное ТВ. Ничего в США не просили и не подписывали сразу заявил идём в Канаду. Грозят депортировать если не выйдем ...
Читать подробнее
Добрый день. Есть желание найти работу во франции. Подскажите на каких сайтах можно разместить резюме? Какой уровень французского необходим для трудоустройства?
Читать подробнее