статус беженца
|
Зарегистрируйтесь и вы сможете задавать вопросы, учавствовать в форуме, узнавать мнение клиентов.

статус беженца
статус беженца
rus | eng
свяжитесь с нами по вопросу статуса беженца Карта сайта
Офис в Лондоне: +44.20.8144.9997
Офис в Торонто: +1.647.558.7520
paterton.ca  paterton@outlook.com
 

Европа с черного хода

Европа с черного хода

Я ехал в экскурсионном автобусе по Андалусии. «Посмотрите направо, посмотрите налево», - говорил гид. Мы смотрели. Показывали Испанию. Голос из радиопанелей рассказывал об истории городка за окном, чем занимается здесь народ, когда сюда пришли арабы, когда началась Реконкиста, когда высадилась марокканская конница генерала Франко. Основная тема, естественно, - история Испании. Основная, но не единственная.

17.02.2015

Я ехал в экскурсионном автобусе по Андалусии. «Посмотрите направо, посмотрите налево», - говорил гид. Мы смотрели. Показывали Испанию. Голос из радиопанелей рассказывал об истории городка за окном, чем занимается здесь народ, когда сюда пришли арабы, когда началась Реконкиста, когда высадилась марокканская конница генерала Франко. Основная тема, естественно, - история Испании. Основная, но не единственная.

***
- Олива считается в Испании главным деревом, - рассказывал гид. - Не скажешь, что красивое. Это потому, что оливу в определенном возрасте специально обрезают. Крону формируют, чтобы сборщики могли дотянуться до каждой ветви. Это очень важно. Олива колючая, все руки обдерешь, пока снимешь урожай. Можно, конечно, и по-другому, - «трусить», как у нас говорят. Но тогда оливки бьются, и их принимают уже сортом ниже. Заработок, разумеется, не тот.

Вот это уже интересно. Я начал косить глазом в сторону гида. Русский, лет тридцати, высокий, худощавый. Стоит впереди в проходе, правой рукой упирается в стойку над кабиной шофера, в левой - микрофон, который он подносит к губам жестом рок-звезды. И, действительно, поет - речь его течет свободно, с шуточками и лирическими отступлениями, почти вдохновенно. В паузах перебрасывается с шофером недлинными фразами, демонстрируя свой испанский. Видно, что ему нравится вот так стоять перед нами, смотрящими снизу вверх, нравится объяснять нам, направлять, вразумлять:

- Обычно русские считают испанцев скупыми. Это потому, что вы приезжаете сюда отдыхать и тратить деньги. А испанцы здесь еще и работают. Попробуйте представить себя, скажем, на монтаже опалубки фундамента при рытье котлованов в 35-градусной жаре...

На одной из остановок я подошел к нему:

- Ну а вы тут как - живете или только работаете?

- И живу и работаю.

- Давно?

- Шесть лет.

- А по образованию - историк?

- По образованию - одессит. Работал стюардом на международных линиях. Как-то в Барселоне отпустили на берег погулять. Я прошелся по Рамблас, кофейку попил, коньячку глотнул, вокруг посмотрел и понял, что Испания - это как раз для меня. И через полгода перебрался сюда. Вначале, конечно, помыкался, но теперь, как видите, все окей. Работа - дай бог каждому. Вид на жительство уже получил, осталось дождаться гражданства.



Через пару дней я продолжил разговор с Йорданом, болгарином из турфирмы, опекавшей меня:

- Да, русских тут много. Русских, украинцев, болгар. Испанская молодежь выбирает сейчас туристический бизнес - языки учат, менеджмент, гостиничное дело. Соответственно, возникли проблемы с рабочей силой в сельском хозяйстве и строительстве. Теперь это работа для нелегалов. Ну а кто из приезжающих не может или не хочет трудиться в этих сферах, работают на Танжер.

- А это что такое?

- Черная дыра. Марокканский канал. Наркотики, проституция, угон и переправка через Гибралтар машин и так далее. В прошлом году я домой на месяц уезжал, в отпуск, машину возле дома оставил. Вернулся - а ее нет.

- И что?

- А ничего. Полиция даже не стала делать вид, что будет искать. Безнадежно - 90%, что автомобиль уже переправили паромом в Танжер. Полицейские составили акт для страховой компании, я получил деньги и купил новую машину.

Разговор происходил вечером в холле моего отеля в Беланмадене, курортном пригороде Малаги. Слушая Йордана, я вспоминал свою поездку в Малагу.



В тот день я гулял по городу, домой возвращался на электричке и в ожидании поезда курил на верхней платформе, рассматривая двух русских. Парня и девушку. Смотрел, естественно, на девушку - уж очень хороша была. Тоненькая, стройная, с темными вьющимися волосами, в позе, в жестах - грация балованного подростка. Но завораживало другое - сочетание со всем перечисленным тяжести во взгляде и легкой хрипотцы в голосе. Видно было, что не туристка, что Испания вокруг - не объект любования или хотя бы любопытства, а среда жизни. Жизни достаточно специфической. Она стояла в трех шагах от меня, потому я не только смотрел, но и слушал.

- Ничего я этим уродам не обещала. Честно. Но этот мудило решил, что мы согласны... Ты скажи своим, что я не виновата. Скажи, что они сами вцепились.

- Ладно, не парься, - говорил ее спутник. - Отмажем тебя. И насчет козла твоего... Я Стасу позвоню. Он сделает.

Профессия парня угадывалась легко: по шрамам на лице и следам на плече, оставшимся от безуспешной попытки свести тюремные наколки.



Что оказалось для меня неожиданным в Испании, так это густота и плотность нашей, вполне русской жизни. Чтобы найти в той же Малаге русских, напрягаться не надо.

- Дима, сколько раз говорила, не покупай сметану у цыганок, только у испанских бабушек. Неужели до сих пор не научился их различать? - по набережной среди гуляющих в субботний предвечерний час шествует классическая молодая семья с ребенком в коляске.

- Не скажете, как отсюда добраться до автовокзала?

- Скажем, отчего же не сказать, - отвечают они. - А вы здесь давно? Как там дома?

И уже через пару минут завязался вполне оживленный разговор. Я тут же в уме делаю выжимку для записи. Дима. Русский. 26 лет. Из Краснодара. Работает на стройке - столяр, плиточник и, если надо, сантехник. $1.000 в месяц.

- Вроде как большие деньги, но здесь и траты серьезные. Только за квартиру - 280. Дома получаешь меньше, но и тратишь соответствующе.

- Но пока молоды, надо мир посмотреть, - вступает в разговор его жена Таня. Ей 21, и видно, что мир она намерена смотреть еще долго. Ребенку скоро годик. Мальчик. Таня, естественно, не работает.

- В общем-то, здесь нормально, не жалуемся, - продолжает отец семейства. - Полиция в нашу сторону не смотрит. Русские здесь - люди законопослушные. В основном. Если закон не нарушаешь, а просто работаешь, то и на здоровье. У некоторых нелегалов дети даже в испанскую школу ходят. У родителей документов нет - а дети учатся. Недавно испанцы закон приняли, по которому все нелегалы, имевшие на тот момент работу, получили вид на жительство. Мы к этому закону не успели. Подождем следующего.

- А как вообще становятся нелегалами?

- Элементарно. Можно через агентство по трудоустройству. Можно через знакомых, которые здесь уже освоились. Или на свой страх и риск: покупаешь тур на неделю, дня три-четыре жируешь в отеле, а потом шмотки собираешь и идешь в сквер. Там тебя устроят. Сквер-то знаете где?

- Нет.

- В центре, недалеко от собора. Да знаете наверняка. Там туристы всегда толкутся.



Сквер я нашел через несколько дней. Оказалось, это тот самый старинный сквер у порта, в центре Малаги, с запахом конского навоза (там стоят пролетки для туристов), через который я уже пару раз проходил, но ничего особенного не замечал. Не туда смотрел. На небольшой площадке у входа тихо гудела деловая русско-украинская тусовка, вызвавшая воспоминания об отечественных уличных собраниях прогоревших вкладчиков. Особенно если посмотреть на тесно сидящих на скамейке людей, заполняющих какие-то анкеты. Другие стоят небольшими группами по трое-четверо, как бы порознь, но при этом чувствуется, что они здесь вместе. Я медленно прошел сквозь толпу, выбрал полупустую скамейку с краю. На ней сидела женщина лет пятидесяти и две помоложе.

- Вы не подскажете, как отсюда до вокзала добраться? - обратился я к старшей с уже проверенной фразой.

- Русский?

- Да.

- Отдыхаете или как?

- Отдыхаю. А вы?

- А я работаю.

- И как устроились?

- Хорошо.

Опрятно одетая спокойная украинка пятидесяти двух лет. В Испании полтора года. Из Львова. Тридцать лет простояла у конвейера на заводе «Электрон». («Кончился завод. Все разрушили. Работа во Львове есть, но за нее надо много заплатить».) Языков не знает, осваивает на месте испанский и английский. Домработница. Испанцы для такой работы предпочитают славянок среднего возраста. Дом прибрать, еду приготовить, в саду цветы полить, ребятишек из школы и детсада забрать. ?500 в месяц плюс проживание, еда и проездной на электричку. Работает «интерно», то есть круглосуточно, а бывает еще «экстерно» - это приходящие работники, «почасовики». Раз в неделю приезжает в сквер со знакомыми повидаться и по делам:

- Мужа своего хочу сюда привести. Но у него профессии нет, он шофер. Такому только с нашими бандитами работать. А я хочу, чтоб он на стройку пошел. Тут один мужчина, Володя из Дубны, обещал помочь, он на стройке работает. Прихожу сюда уже третий раз, а его все нет...

К нашей скамеечке подходит мужчина.

- Добрый день, - аккуратно обращается он ко мне.

- Добрый.

- Работу ищете?

- Да нет. Просто интересуюсь, - говорю я также аккуратно.

- Работа есть. Нужен сварщик, нужны бульдозеристы для работы в горах. Если нет рабочей профессии, можем устроить на плантации. Жилье, питание будет. Присматривайтесь. Если надумаете - подходите.

Действительно все просто.

На последний вопрос, который я задал тогда женщине из Львова, как же она потом домой возвращаться будет, она махнула рукой:

- Я знаю, кому и сколько нужно дать, чтоб исправили документ. Это легко.



Как это «легко» на самом деле, я наблюдал спустя несколько дней в аэропорту Малаги при прохождении паспортного контроля. В стеклянной будочке сидел пожилой благодушный испанец. Он лениво брал паспорта, неторопливо листал, глядел задумчиво, а очередь злилась, потому как время уходит и лучше бы по «дьюти фри» пройтись, чем тут томиться.

- Это невозможно! Чего они все чухаются?! Два часа убили на регистрации, теперь здесь... Совок, честное слово. Совок стопроцентный!

В этом клокотании не участвовала молодая женщина, стоявшая передо мной. Она как будто вообще ни в чем не участвовала. За руку ее теребила пятилетняя дочка, и женщина с усилием, будто откуда-то издалека, наклонялась к девочке, выслушивала и снова замирала. Первое, что мне пришло в голову, - она сорвалась в дорогу «по телеграмме». Но не похоже. Видно, например, что собирались они без спешки, тщательно и сосредоточенно. И в багаже никакого сувенирно-туристического мусора. Нет, это напряжение не от горестного потрясения, это страх. Ошибиться трудно.

И когда наконец подошла ее очередь, она судорожно, даже как-то со всхлипом, вздохнула и двинулась вперед. Таможенник с тем же благодушно-сонным выражением лица взял паспорт, полистал, взглянул на фото, потом на нее, на монитор компьютера, потянулся за штампиком, чтобы поставить отметку на соответствующей странице, и вдруг застыл. Он смотрел в паспорт, как бы не веря своим глазам. Изумление мне показалось чуть наигранным. Я понял, что он там увидел: более чем приличный разрыв между датой въезда и сроком действия визы. Я видел только спину женщины с опустившимися плечами и слышал тихое поскуливание ребенка, нывшего уже не столько от усталости, сколько от передавшегося невыносимого напряжения матери. Таможенник вздохнул, глянул на девочку, потом на женщину, сокрушенно покачал головой и резко клацнул своим аппаратиком, как бы отмахиваясь: сгинь с глаз моих, пусть с тобой дома разбираются. И протянул ей паспорт. Женщина кивнула головой, и я услышал тихое: «Грация, сеньор».



Октябрь 2004 года. Греция. Крит. Маленький отель в селении под городом Ханья. Я пытаюсь на своем «литл инглиш» объясниться с девушкой-портье. Она вежлива, очень старается, но не понимает.

- Moment, - говорит она, выходит из-за стойки, открывает дверь ресторана и кричит: - Vladimir!

В дверях появляется могучий мужчина в белом фартуке, у него крупная голова, нос картошкой, лысина и остатки рыжих волосы над ушами:

- Какие проблемы, земляк?

- Да ерунда, в ванной комнате лампочка над раковиной, а выключателя нет, весь номер обшарил.

- Понятно, - говорит Владимир, проходит через холл и высовывается в сад: - Мыкола! Мыкола!

Из кустов появляется Мыкола, стройный, черноволосый, в круглых очечках, похожий на Джона Леннона.

- Николай, можно Коля, - представляется он мне. - С приездом!

- Ты куда в 27-м выключатель от светильника в ванной запрятал? Человек обыскался.

- А что б я помнил, - говорит юноша. - Пойдемте в номер. Думаю, найдем.

Нашли. Элегантная пипочка справа от зеркала, которую я принял за декоративное украшение.

- Последний писк моды, - говорит Коля. - Телевизор настроить? До вас тут немец жил, под себя настроил, а я могу вам с антенны вывести первый московский канал.

- Нет, спасибо. Глаза б мои не глядели на него.

- Зря, - говорит Коля. - Родину любить надо.

- Родину-то я люблю, у меня с телевидением проблемы. Ну а вы, Коля, родину любите?

- Конечно. Но без взаимности. Пришлось перебираться на родину историческую. Папа у меня - грек, мама - украинка, ну а я проходил как еврей.

- Были проблемы?

- Бог миловал, серьезных не было, кроме одной - работа. Устроился после института на завод, а он тут же обанкротился. Начались сокращения, мне предложили место электрика. Ну а если в рабочие идти, то уж лучше в Греции, чем в Харькове.

- Уже натурализовались?

- Еще нет. Нелегал.

- А Владимир?

- Тоже. Он здесь третий год, я - скоро два.

- Тоскуете?

- Нет. Мне тут нравится. Полно наших - из Киева, Луганска, ну и поляки, словаки. Славянский клуб, короче.



В тот же вечер после ужина в саду отеля я увидел Володю за столиком у бара.

- Присаживайтесь, - сказал он мне. - Вы-то что ж, один приехали? Имейте в виду, конец сезона, наши девки уже отработали и разъехались по домам, а с гречаночками проблемы.

- И замечательно, деньги целее будут.

Разговор, естественно, зашел о русских за границей, и длился он с перерывами все две недели моего отдыха - других русских ни в отеле, ни на пляже, исключительно немецкоговорящем, за 14 дней я так и не встретил.

Кое-что за Володей я, по своему занудству, записывал. 48 лет. Квартира в Гатчине. Там живет мать, туда он уезжает на зиму. 15 лет проработал поваром на плавбазе в Тихом океане, два года ходил матросом в загранку, работал в ресторане в Алма-Ате, потом вернулся домой в Гатчину, заскучал и начал искать место под солнцем. Буквально.

- У меня еще в Охотском море мечта была: домик в Крыму, чтоб там все лето жить. Заработок тогда был приличный, мог себе позволить. Но не успел. И не жалею. На Крите лучше. Правда, домик здесь не купишь - цены заоблачные. Но заработок, особенно по нашим представлениям, вполне приемлемый. За неквалифицированную работу нелегалу платят ?3 в час. Коля сейчас так зарабатывает. Ну а я повар - естественно, расценки повыше. А если б вид на жительство был, получал бы в полтора раза больше. Ждем с Колей очередной амнистии для нелегалов.

- Думаете, объявят?

- А куда они денутся! Вы пройдитесь по здешним магазинам - в каждом третьем русскоговорящая продавщица. Раз наши начали ездить сюда на отдых, грекам без нас уже не обойтись.

Мои испанские впечатления Володя слушал внимательно. Хмыкал.

- Был я в Испании, насмотрелся там на наших. Знаете, какая их главная проблема? Куриные мозги. Вы только представьте: человек бросает свою страну, родных, друзей - и при этом ему лень посидеть в библиотеке, чтобы разобраться в законах той же Испании! Вот русских и обдирают. Причем свои же. Я видел таких, которые были твердо уверены - им кто-то рассказал, видите ли, - что за месяц заработают две-три тысячи баксов. Откуда они такие цифры берут?! Испания, по европейским меркам, страна бедная. Больше ?20 в день на плантации не заработать.

Я, например, как сделал: пошел в агентство у нас в Питере, послушал, как они мне лапшу на уши вешают, высмотрел себе там мужика потолковее, дождался, когда он перекурить во дворик выйдет, и подошел еще раз. Он мне за пять минут объяснил, как все на самом деле обстоит. Максимум, который можно привезти домой после месяца работы в Испании, - 600-700 баксов. Если повезет. Агентство может сделать туристическую визу на месяц, которая дает право на сезонные работы, устроить на чартерный рейс и дать координаты хозяйства, где может быть место. Остальное зависит только от тебя. И еще он мне сказал: «Как услышишь в Испании русскую речь, переходи на другую сторону улицы. Не вяжись ни с кем, кто будет обещать что-то более выгодное. Кинут. Считай, что не на заработки едешь, потому как при ломовой работе, которая тебя там ждет, эти 700 баксов ты и дома заработаешь. Считай, что на разведку едешь. Работу за границей лучше искать самому».

И я поехал. Все оказалось, как он говорил. Ну, почти. Вставали затемно, работали до двенадцати или до часу, потом до пяти спали - жара. Потом снова в поле. Пять дней отдыхал. В выходные и праздники там вся работа останавливается. Даже немного поездил, поглядел окрестности. Красивая страна. Но я понял, что Испания - не мое. Съездил в Турцию. Затем на Португалию нацелился, но в последний момент переиграл на Грецию и не ошибся - работа по специальности, отношения с хозяином нормальные, а через него и с местными полицейскими, так сказать, неформально. Здесь я зарабатываю на порядок больше, чем в той же Испании. Да и кто б меня в испанском отеле на кухню пустил?

Именно от Володи я услышал то, что не давало мне покоя, когда я смотрел на наших нелегалов. В лицах тамошних русских - почти всех, исключая, может быть, Володю, - было что-то пришибленное, напряженное, как отпечаток тяжелой болезни, которую они вынуждены переносить на ногах. Над всеми нашими разговорами висел непроизнесенный, но очевидный вопрос: зачем мы тут? И Володя оказался единственным из моих собеседников, который попробовал это объяснить:

- Вот на чем меня здесь клинит, так это на порядке. Нет, не в смысле чистоты на улицах или там охраны порядка. Я имею в виду порядок жизни. Тот же Крит взять. И земля здесь плохая - камень наполовину, и с водой пресной проблемы. Да и люди - не скажу, что семи пядей во лбу. Обычные. Но у них все получается. Посмотрите на моего хозяина - ведь на роже написано, что раздолбай. А отельчик у него - картинка. Порядок, как на линкоре. Персонал - это ведь все местные девки, по-нашему, «деревенские». А как вышколены, как по-английски, по-немецки чешут! Теперь и мы, русские, на этот порядок горбатимся. И у нас тоже получается, но - только здесь. Почему не дома, а?



При взгляде на сегодняшних нелегальных эмигрантов трудно избавиться от ощущения, что эти люди устраивают себе что-то вроде тотальной провокации. Сознательно или бессознательно они ставят себя в экстремальные условия, когда хочешь не хочешь, а надо выложиться до конца и обрести то, о чем мечтал: достаток (по нашим, разумеется, меркам), внутреннюю независимость, наконец, возможность нежиться раз в год на ласкающих русский слух Канарах. И сегодня на этих самых Канарах сходятся лоб в лоб две породы «новых русских» - те, что зубами роют землю, отвоевывая себе место в благоустроенной Европе, и те, что приехали сюда отдыхать и уже воспринимаются нелегалами как часть вожделенного «порядка жизни». Потому что для нашего нелегала нет разницы между немецкими, польскими и русскими туристами, живущими в одном отеле и говорящими утром друг другу «монинг» у лифта. И русскоязычные, которые проезжают на арендованных «вольво» и «тойотах» мимо соотечественников, долбящих асфальт, не обязательно бандиты или чиновники-казнокрады. Это те, кто научился жить и зарабатывать дома. Но соотечественников-нелегалов они практически не видят, потому что в Европу вошли не с черного хода и представляют собой вполне органичную часть европейской жизни. По крайней мере, на две недели своего тура.

Не берусь кого-либо осуждать или жалеть. Не мое это дело. Мне интересен сегодняшний вариант ответа на старый вопрос: «Кто мы в Европе?»

//


Возврат к списку



Paterton office in Toronto, Canada 11.02.2015| Paterton office in Toronto, Canada
Paterton Office in Toronto, Ontario, Canada

Клиент из Киева иммигрировавший в Германию 03.07.2014| Клиент из Киева иммигрировавший в Германию
Client from Kiev whom we helped with his immigration to Germany.

Блоги, отзывы, вопросы от клиентов

Все блоги
Наша организация оказывает услуги: Пленки на автомобили, тонировка автомобилей, оберегание авто от сколов. Украсив свой автомобиль модной и цветной пленкой, Вы буквально дадите ему новый вид. А именно когда автомобиль Вам нравится, но окрас Вам уже надоел. Кроме того, автопленка позволяет «поиграть» с рисунком и цветом.
Читать подробнее
Наша организация оказывает услуги: Магазин пленок на автомобили, тонировка, защита автомобиля от царапин. Обновив свой автомобиль модной и яркой пленкой, Вы буквально дадите ему новою жизнь. Особенно когда автомобиль Вам нравится, но его окрас Вам уже надоел. Помимо того, виниловая пленка позволяет «поиграть» с рисунком и оттенками.
Читать подробнее
SMM (или реклама в социальных сетях) — ряд действий направленных на получение посетителей или усиление интереса к компании посредством Секреты накрутки Телеграм показа объявлений в сервисах платформ социальных сетей.
Читать подробнее
SMM (или реклама в социальных сетях) — ряд действий направленных на получение посетителей или усиление интереса к компании посредством Секреты накрутки Телеграм показа объявлений в сервисах платформ социальных сетей.
Читать подробнее